Последние комментарии

  • Кремлев Владимир
    Газпром и Эхо Москвы содержит и Гозман числится на большой должности, наверняка еще подобного хватает. А вот наш гара...Мечты сбываются: «Газпром» ударит по карманам россиян
  • Владимир Игнатьев
    Ему дали 25% от срока....Россиянин нашёл носки с золотом на 9 млн и попал под суд
  • Natalia Koroleva
    Люди!!! Нельзя коммунистов допускать до руководящих кресел...Они за 70 лет ничего не смогли, вы думаете сейчас у них ...Сергей Левченко покинул пост «красного» губернатора

Придуманную Медведевым «четырехдневку» не поддерживает больше никто

Александр Миридонов / Коммерсантъ

 

Идея премьера о сокращенной рабочей неделе абсурдна и к реальной жизни не имеет отношения

Мечте премьер-министра Дмитрия Медведева об учреждении четырехдневной рабочей недели в России, видимо, не суждено сбыться. По крайней мере — в обозримом будущем. Как заявил заместитель министра экономического развития РФ Петр Засельский, ни одно предприятие страны инициативу его шефа, увы, не поддержало.

«Спроса нет, у нас в основном промышленные предприятия, а эта инициатива может заинтересовать представителей творческих профессий», — пояснил чиновник.

Ранее в интервью Business FM глава МЭР Максим Орешкин заявил, что в первую очередь надо говорить о повышении уровня зарплат и производительности труда. «Если эти два условия выполняются, в ситуации высоких доходов, высокой производительности и работодатели, и работники легко могут говорить и будут поддерживать идею четырехдневной рабочей недели. Сейчас же зачастую эта идея ассоциируется с тем, что будут меньше платить и так более низкой зарплаты, что производительность и так упадет», — подчеркнул он.

Напомним: идею о «четырехдневке» Дмитрий Анатольевич торжественно озвучил минувшим летом на Международной конференции труда в Женеве. И даже поручил Минтруда до 30 сентября 2019 года представить свою позицию по этому вопросу. Ведомство 1 октября корректно ответило, что «вопрос требует дальнейшего изучения». И предложило создать рабочую группу по вопросам продолжительности рабочего времени и гибких форм занятости.

«При обсуждении было выявлено, что резкое обязательное уменьшение продолжительности рабочей недели несет в себе риски, но одновременно имеет и положительные аспекты. Так, сокращение продолжительности рабочей недели может, к примеру, привести к увеличению издержек на рабочую силу, а также себестоимости продукции», — говорится в сообщении Минтруда.

В то же время там корректно отметили, что, конечно, уменьшение продолжительности рабочего времени при сохранении уровня оплаты труда может способствовать охране здоровья работника, повышению эффективности труда, личностному и профессиональному развитию, высвобождению времени на спорт, отдых и прочее. А также чиновники напомнили, что Трудовой кодекс РФ не устанавливает минимальный порог продолжительности рабочего времени. Работодатель и работник сами вправе согласовывать удобный для них режим работы.

 

Кстати, и сам автор резонансной темы к тому времени пояснил, что переход на «четырехдневку» — вопрос не сиюминутный. И не должен отрицательно сказаться на зарплатах людей.

Скептическое отношение инициатива премьера вызвала и в Российском союзе промышленников и предпринимателей (РСПП). Еще в сентябре его эксперты провели опрос представителей бизнеса, который показал, что более 80% российских компаний не считают переход на четырехдневную рабочую неделю необходимым и экономически оправданным. В организации полагают, что без роста производительности труда минимум на 20% сокращение рабочей недели с сохранением существующего уровня зарплаты будет чрезмерной нагрузкой для бизнеса.

В кулуарах Евразийского экономического форума в Вероне глава РСПП Александр Шохин еще раз подтвердил нецелесообразность «четырехдневки», оговорившись, что некоторые допускают возможность над этим думать и работать. «Считают, что здесь должна преобладать схема гибкого графика рабочего дня. В том числе — для тех работников и для тех видов деятельности, например IT-индустрия, где дистанционная работа преобладает, есть возможность работать по результатам, и они не привязаны к станку, рабочему месту, может быть и трёхдневная и вообще режим удаленного доступа к рабочему месту», — заявил он RNS.

А доктор экономических наук, член-корреспондент РАН, заместителем директора Центра трудовых исследований Высшей школы экономики Ростислав Капелюшников считает само обсуждение сокращения рабочей недели «дуростью». «Премьер Дмитрий Медведев сделал заявление, чтобы показать, что он „в тренде“. И знает, что говорят на Западе продвинутые левые авторы; затем профсоюзы, вслед за премьером, начали делать предложения, исходя из популистских соображений, но никаких объективных оснований это обсуждать — нет», — заявил он «Инвест-Форсайт».

Ученый пояснил, что на Западе это порождено идеями о том, что роботы скоро оставят людей без работы, хотя объективных данных для этого нет. А в России, по его мнению, скоро будет дефицит рабочей силы. «Когда мы повышаем пенсионный возраст, потому что у нас нехватка рабочей силы, и при этом обсуждаем сокращение рабочей недели — это шизофрения», — уверен Ростислав Капелюшников.

Почему же и бизнес-сообщество, и эксперты, и даже чиновники не только не спешат с реализацией идеи, но всячески стараются отодвинуть подальше даже самую мысль о ней?

Директор Института современного государственного развития Дмитрий Солонников предлагает разделять реальные идеи для воплощения и те, что, как пробные шары, вброшены, чтобы что-то пообсуждать, посмотреть на реакцию.

— Если говорить о реальности, то есть два момента. Первый: далекая перспектива, когда цифровизация, роботизация настолько внедрятся в нашу жизнь, что человеческий труд станет ненужным. И встанет вопрос: что делать с большим количеством людей — переводить их на сокращенную рабочую неделю? Платить людям за их «неработу» — это возрождение в ином виде идеи о «гарантированном доходе», что обсуждается в ряде государств. Это когда неработающие получают гарантированный доход за то, что ничего не делают.

«Четырехдневка» — то же самое, но в другом виде: не то, что совсем неработающие, но работающие немного. Такая перспектива возможна. Но это — отдаленное будущее, для большинства — фантастика, до которой они не доживут.

Если говорить о реальной жизни сейчас, то ни для бизнеса, ни для системы госуправления переход на четырехдневную рабочую неделю не является актуальностью, в которой надо жить. По целому ряду направлений людей с соответствующими компетенциями просто недостаточно. И как переводить тех, что есть, на сокращенную неделю?

И в нынешнем законодательстве предусмотрены разные формы трудоустройства. Их и сегодня можно использовать там, где это на самом деле нужно. Обязать в так сложной экономической и кадровой ситуации всю страну переходить на четырехдневную неделю — понятно, что это идея, полностью оторванная от реальной жизни.

Если нужно разрушить экономику полностью — тогда конечно. Тогда можно требовать введения обязательной четырехдневки. С практической точки зрения это никто и не обсуждает.

Депутат Государственной Думы от КПРФ Николай Харитонов тоже считает инициативу премьера абсолютно нежизнеспособной.

— Нам сегодня семи рабочих дней в неделю мало, чтобы поднять и «разогнать» экономику. У нас столько земли непаханой — 40 млн гектаров! Поэтому не время говорить о четырёхдневной рабочей неделе.

Кто мечтает о замене роботами людей — тому делать нечего.

— Почему предприниматели дружно выступают против такой инициативы?

— Они прекрасно понимают, что ввести в стране «четырехдневку» и при этом не снижать уровень зарплат — придется изыскивать дополнительные финансовые возможности. А где?

Надо говорить не о сокращении недели, а о повышении эффективности труда. Что такое рост ВВП России в полтора процента в год? Что это за экономический подъем? Чтобы жить хорошо — надо много работать.

С точки зрения эффективности и результативности такая идея не очень состоятельна, считает доктор экономических наук, профессор РАНХиГС Александр Щербаков.

— Это означает, что, скорее всего, будет повышена интенсивность труда работников. А это приведет к большему износу человеческого капитала. С точки зрения общественных интересов — в этом никакой нужды. Так можно потерять основной ресурс нашего экономического и социального развития.

— А насколько перспективна такая инициатива в свете разговоров и роботизации, цифровизации?

— В идеале роботизация призвана повышать производительность труда. Когда-нибудь она и в России серьезно повысится. А если повысится, тогда можно думать и о сокращении рабочего времени. Но пока производительность труда у нас ниже, чем в других развитых экономически странах.

Говорить о роботизации, конечно, можно. Но она пока у нас далеко не реализована. И реализована будет не завтра. И не послезавтра. Это потребует много времени.

— Когда повышали пенсионный возраст, одним из обоснований этому было — нехватка рабочих рук в России.

— Какой смысл в «четырехдневке», если у нас кадровые проблемы? Думаю, перед нами просто безответственные «благие пожелания». Тренд развития общества сводится к тому, что рабочее время и так все время сокращается. А время досуга — увеличивается. Но это тенденции, которые будут развиваться на протяжении десятилетий. Ане завтра или послезавтра.

Источник ➝

Популярное в

))}
Loading...
наверх