Леонид Гозман: Как я посмотрел «прямую линию»

Четыре часа с Владимиром Путиным

Я человек, если и не уникальный, то редкий. Я внимательно смотрел всю прямую линию от начала до конца. И теперь я знаю то, что вам неведомо. Или вы это и так все знаете?

Во-первых, ясно, что высшее политическое руководство страны понимает, насколько глубоко недовольство населения повседневной жизнью — зарплатой, здравоохранением, мусором и прочим. Именно с этого начался разговор с президентом — а это ровно те темы, о которых он говорить никогда не любил. Пришлось.

Это хорошая новость. Еще одна хорошая — резко снизившееся количество чудес в прямом эфире. Президент, конечно, провел где-то водопровод, а косаток выпустили, даже не дожидаясь его указаний, но уровень этого сказочного чудотворства, а значит, и уровень комичности происходящего был существенно ниже, чем в предыдущие годы. Да и постановочные кадры были, в целом, менее топорными, чем раньше.

Остальные новости — плохие.

Складывается впечатление, что президент живет как бы вне времени.

Вот к нему обращаются с вопросом о зарплате. Он явно удивлен, что такие низкие зарплаты вообще бывают, рассказывает, что все не так плохо, но только в среднем по стране. Может, так все и есть, но он не вспоминает о многократно им самим определенных цифрах зарплат и всего прочего, которые в нынешнюю ситуацию никак не ложатся. И не в том дело, что он хочет себя или кого-то другого прикрыть от ответственности. Такое впечатление, что он — все они там? — просто не помнит о данных когда-то обещаниях и утвержденных планах.

Реального контакта между ним и его собеседниками не возникает — он не отвечает  на вопросы, хотя и говорит подробно и с цифрами. И речь не о том, что в ряде случаев он сознательно от вопросов уходит, как когда его спросили о законе об оскорблении власти, а он сказал, что он защищает национальные символы — флаг и прочее, а критиковать власть вовсе не мешает. Маловероятно, что он, действительно, не знаком с текстом закона и с уже имеющейся практикой его использования. Или когда объяснял высокие зарплаты чиновников и руководителей госкомпаний необходимостью выиграть конкуренцию за них на международном рынке труда — ну, не может он не знать, что «там» соответствующие зарплаты на порядок ниже.

Более серьезным представляется, что во многих случаях он и человек, задающий вопрос, остаются в разных регистрах.

Его спрашивают о конкретике, а он рассказывает о чем-то масштабно-абстрактном. Ему говорят, что к врачу не попасть — он рассказывает, сколько выделили денег.

Так, и где они, эти деньги? К специалисту-то не попасть. Интересно было бы поинтересоваться у спрашивавших — вы удовлетворены, вам теперь ясно?

Он, хотя его и побуждали к этому ведущие, не назвал никаких цифр в ответ на, может быть, наивные, но естественные вопросы — а когда же будет лучше? Он, и  для меня это хуже много другого, ни разу не выразил сочувствия людям — понимаю, мол, что трудно, но потерпите, скоро вылезем. Когда, кстати?

Он ни разу не сказал, что в этом, мол, мы ошиблись, этого недооценили, этого не предусмотрели — поэтому все так трудно. Объективные, говорит, были некоторые процессы на рынках, ну и девяностые, конечно, как без них? Правда, сейчас у нас все нацелено, куда надо, национальные проекты, опять же, теперь все будет улучшаться. Не знаю, как другие зрители — не один же я все это смотрел — но я особой убежденности в его голосе не услышал.

О национальных проектах надо сказать особо. Путин их явно любит, они, говорит, все сделаны так, чтобы людям жилось лучше. Сетует, что граждане о них знают недостаточно. Но почему-то не объяснил, что это такое, хотя бы на примере какого-нибудь одного. Я, например, как не понимал, так и сейчас, все внимательно послушав, не понимаю.

Ответы президента показали некоторые его приоритеты. В частности, для него важно, чтобы «им» было плохо.

Говоря об эффекте санкций и рассказывая, как многому мы научились, благодаря ограничениям (не исключаю, что позитив и вправду есть), он сказал, что мы, мол, потеряли 50 миллиардов долларов, а Евросоюз — 240. Цифры вызывают сомнения, но речь не об этом — он несколько раз повторил эти «50-240», как будто их потери хоть как-то оправдывают и смягчают наши.

Впрочем, они же враги. Несколько раз за время Прямой линии ведущие сообщили, что сайт подвергся DDos атаке из-за рубежа, но выстоял! Общение глубинного народа со своим лидером прервано не было. Я вздохнул с облегчением. Вместе со всей страной.

Были, конечно, и вовсе шокирующие вещи. Когда, например, президент не понял вопроса о сборе с помощью sms-сообщений денег на операции детям — похоже, ему такая практика вообще неизвестна. Или рассказанная им трогательная и печальная история о том, как в самом начале его служения какая-то пожилая женщина упала перед ним на колени и передала ему какую-то бумагу. Он передал помощнику, а тот потерял. И вот все эти годы ему стыдно за это. По человечески, понятно. Но ведь не вопрос — даже и сейчас по прошествии многих лет, а уж тем более тогда, восстановить, где точно это было, и найти эту женщину. Может, она жива до сих пор и все ждет милости?

Конечно, от самых неприятных вопросов Путина уберегли. Не спросили о пенсиях — не интересно никому, о Чемодановке. Не спросили и о 2024 годе — уйдет или опять останется?

За одно, правда, хочу его поблагодарить — за новое название партии «Единая Россия» — «Банда Патриотов».

Так наш авангард обозвали в одном из вопросов, но когда Путин зачитал вопрос, звучало это будто от него. Он, конечно, объяснил, что это не так, уже потом комментаторы от «Единой России» тоже объясняли, что совсем это неправильно и несправедливо, но мем, думаю, останется. Прежнее название — ПЖВ — несколько поистрепалось, а это динамичное, звучит красиво. С крещением, в общем, вас!

Вскоре после начала Прямой линии я ехал в электричке, смотрел все по телефону. Прошел весь поезд, все вагоны. Половина пассажиров сидит, уткнувшись в гаджеты — я смотрел, многие ли смотрят президента? Никто, я был один.

Источник ➝

Как фашистский лётчик Мюллер стал служить на благо СССР

Немцы, перешедшие на сторону Красной Армии по идейным соображениям, были в годы Великой Отечественной войны особо ценными кадрами для советских спецслужб. В отличие от завербованных военнопленных, которые часто сразу сдавались фашистским властям, немецкие коммунисты имели действительное желание противостоять коричневой чуме. Один из них Хайнц Мюллер – бортмеханик, угнавший самолёт, чтобы попасть на советскую территорию и помогать Красной Армии бороться с нацизмом.

Полет к русским, или как немецкий авиатор Мюллер оказался в СССР?

От советского Информбюро. «Оперативная сводка за 29 января 1944 года. В районе Мелитополя на нашей территории приземлился вполне исправный немецкий транспортный самолет «Ю-52». Экипаж самолета в количестве четырех человек сдался в плен…»./Фото: upload.wikimedia.org
От советского Информбюро. «Оперативная сводка за 29 января 1944 года. В районе Мелитополя на нашей территории приземлился вполне исправный немецкий транспортный самолет «Ю-52». Экипаж самолета в количестве четырех человек сдался в плен…»

Хайнца Мюллера призвали на службу почти в конце 1943 года – до этого, его отсрочка от армии обуславливалась неблагонадёжностью: молодой человек с 1931 года состоял в Коммунистическом союзе молодёжи Германии и в своё время активно участвовал в антифашистском движении в Саарской области. После неоднократных арестов, Хайнца, в конце концов, приговорили к двум годам концлагеря Дахау, куда молодых немцев, в отличие от остальных, отправляли не на уничтожение, а на «перевоспитание». К окончанию срока его заключения, германская армия уже испытывала острую нужду в солдатах, а потому Мюллера призвали в армию, как только он получил свободу, не обращая внимания на его политические предпочтения.

На фронте Хайнца в звании унтер-офицера определили служить бортмехаником в 1-ю военно-транспортную воздушную эскадру, которая в ноябре 1943 г. располагалась в Одессе. Отсюда совершались вылеты с грузом продовольствия и боеприпасов для солдат вермахта, окружённых частями Красной Армии в районе Николаева и Крыма. Четвёртого января 1944 г., возвращаясь после доставки груза, Мюллер, угрожая пистолетом, разоружил экипаж. Он заставил пилотов поменять курс и посадить «Юнкерс» на территорию занятую советскими войсками. На земле Хайнц передал подбежавшему с группой бойцов капитану своё и захваченное оружие, а также отдал личные документы, среди которых была справка подтверждающая отбывание срока в Дахау.

Как из немецкого авиамеханика сделали советского разведчика?

Пальмиро Тольятти, который в 1940–1944 годах жил в СССР, выступал по московскому радио (вещание на Италию) под псевдонимом Марио Корренти, стал идейным наставником Хайнца Мюллера./Фото: img1.liveinternet.ru
Пальмиро Тольятти, который в 1940–1944 годах жил в СССР, выступал по московскому радио (вещание на Италию) под псевдонимом Марио Корренти, стал идейным наставником Хайнца Мюллера.

Позже, уже находясь в штабе авиачасти, Мюллер поделился информацией о составе и расположении лётной эскадры в Одессе, а также рассказал об окружённых частях немецкой армии, к которой совершались вылеты. В августе бывшего бортмеханика перевезли в Москву, где он стал осваивать азы работы разведчика в Центральной антифашистской школе. Здесь Хайнц, в этом же месяце официально освобождённый из плена, познакомился с известными людьми своего времени – итальянским коммунистом Пальмиро Тольятти, лидером французского коммунистического движения Морисом Торезом, немецким поэтом и переводчиком Эрихом Вайнертом.

Через месяц Мюллера поселили в подмосковном посёлке Быково, чтобы продолжить подготовку с более опытными разведчиками – профессионалами из Наркомата государственной безопасности. Вместе с ним проходил обучение и будущий напарник по предстоящим заданиям – немецкий антифашист Пауль Лампе. Новоиспечённым разведчикам не стали менять имена – они остались прежними, чтобы избежать случайной путаницы – но присвоили псевдонимы: так Хайнц Мюллер стал «Мельником» с конспиративным номером 70860.

Как трудился на благо СССР разведчик «Мельник» и какие перед ним ставились задачи?

Нацистский Берлин в начале 1940-х годов./Фото: content.onliner.by
Нацистский Берлин в начале 1940-х годов.

В задачи разведчиков не входило внедрение в кадровый состав нацистов. Целью Мюллера и Лампе было определение местонахождения секретных объектов, выяснение их значимости, а также совершение операций, связанных с подрывом складских боеприпасов, стратегических коммуникаций и пр. Для выполнения заданий подобного рода «Мельника» с напарником перед отправкой в Берлин, снабдили взрывателями с часовым механизмом и взрывчаткой.

Дорога в столицу Третьего рейха проходила долгим, но с точки зрения безопасности оправданным маршрутом. Разведчики сначала пересекли линию фронта с помощью парашютов, а затем по железной дороге прибыли в Берлин, где на Франкфуртераллее в квартире проверенных агентов у них была назначена явка. Выяснив, после прибытия в город, месторасположение гестапо, фельджандармерии и службы безопасности, Мюллер с товарищем установили связь со знакомыми антифашистами и приступили к выполнению разведывательных и диверсионных операций.

За какие «заслуги» немцы оценили «Мельника» и его напарника в миллион марок?

Отряд Waffen-SS./Фото: cdn1.img.inosmi.ru
Отряд Waffen-SS.

Образовавшаяся подпольная группа насчитывала около 15 человек, которые стали помощниками Хайнца и Лампе. Успешно справившись с несколькими задачами по нахождению передислоцировавшихся ранее важных объектов рейха, 31 марта 1945 года разведчики запланировали подрыв крупного нацистского штаба. Однако в ходе выполнения задуманного случилось непредвиденное происшествие, которое чуть не обернулось для исполнителей крахом.

Дело в том, что для операции требовался автомобиль, чтобы, начинив его взрывчаткой, устроить взрыв в непосредственной близи с фашистским учреждением. Пытаясь добыть машину на автостраде, разведчики остановили лимузин с военными номерами. В салоне находились три эсэсовца, которые были застрелены Мюллером ещё до поры, когда успели что-либо сообразить. Успев оттащить тела в придорожные кусты, группа только собиралась сесть в авто, как рядом остановилась машина с другими представителями Waffen-SS – те, увидев штабной транспорт, решили поинтересоваться, что случилось и оказать помощь.

Разговор с ними был бы равносилен разоблачению, поэтому по сигналу Хайнца диверсанты разбежались и благополучно скрылись в направлении железной дороги. Через несколько дней, когда поиск подпольной группы не увенчался успехом, по радио прозвучало объявление: за содействие в поимке лиц, причастных к убийству сотрудников СС, назначается награда в 100 000 рейхсмарок. Аналогичное предложение появилось и в популярной газете Берлинер «Моргенпост». Через 9 дней, 12 апреля, сумма обещанного вознаграждения достигла уже одного миллиона рейхсмарок.

Как действовали диверсанты в берлинском порту

Последний день активной деятельности группы «Мельника» пришёлся на 23 апреля, когда во всём Берлине уже шли ожесточённые бои. В ходе мощного артналёта был убит Пауль Шиллер./Фото: maxpark.com
Последний день активной деятельности группы «Мельника» пришёлся на 23 апреля, когда во всём Берлине уже шли ожесточённые бои. В ходе мощного артналёта был убит Пауль Шиллер.

Предвидя скорое падение Берлина, Мюллер решил способствовать советским войскам, подорвав крупный склад с боеприпасами и оружием в районе Восточного порта на Променаденаллее. В диверсии участвовало пять человек – «Мельник» отвлекал охрану, его товарищи устанавливали заряды. Последовавший после этого мощный взрыв на складе не вызвал никакого подозрения у немцев: по удивительному стечению обстоятельств он совпал с авианалётом, поэтому все списали на попадание в снаряды авиационной бомбы.

В последние дни боев за Берлин группа «Мельника» активно снабжала ценной информацией советских командиров.

 

Популярное в

))}
Loading...
наверх